Сохраб Сепехри

1969

Из первых этюдов Сохраба Сепехри к серии «Деревья», 1969

Из первых этюдов Сохраба Сепехри к серии «Деревья», 1969

Художник и самый на сегодняшний день популярный иранский поэт Сохраб Сепехри родился в 1928 году. Он никогда не был знаменосцем, участником каких-либо общественно-политических движений. Его поэзия – созерцание и свидетельство, отражение глубинных переживаний, художественного восприятия повседневности и личного духовного опыта. Именно за это Сепехри был осуждаем современниками, «политически сознательными» поэтами: за слишком большое внимание к своей внутренней жизни.

А Сохрабу не было до них дела. Он, уроженец Кашана с его сухими пейзажами, хмелел от цвета, слыша в нём музыку, хотел утопить себя в цвете и выудить из его глубин неизвестный мир. Сохраб был человеком-островом, обитателем башни из слоновой кости, боготворящим природу и разведывающим границы между жизнью, смертью, светом, тьмой. Он мог родиться только в Иране, на древней земле, по которой некогда ходил Мани – художник, поэт, пророк, написавший свою священную книгу рисунками.

Отец Сепехри был рядовым работником телеграфа и при этом незаурядным человеком, который увлекался каллиграфией, живописью, музыкой, играл на таре и даже самостоятельно изготовил свой инструмент. Именно он впервые вложил в руку Сохраба кисть. После его смерти Сохраб с братом и двумя сёстрами остались на шее матери – женщины, боявшейся мыть в дворовом пруду вилки и ножи, чтобы не поранить луну. Сохраб, с юности зарисовывавший кашанские пейзажи, пустыню, камни и писавший стихи в традиционной манере, решил стать учителем – помогать семье. Однако произошло вот что. Как-то раз, рисуя на холмах близ Камсара, Сепехри знакомится со столичным студентом Манучехром Шейбани, начинающим художником и поэтом. Восторженно отозвавшись о работе Сохраба, Шейбани принимается уговаривать его отправиться в Тегеран и поступить на то же отделение живописи. Манучехр вызывает в Сепехри жгучее любопытство своими рассказами о том, как их студенты учатся работать с живой натурой, о современном искусстве и вмешательстве художника в природу. Вскоре после этого ноги сами приводят Сохраба на факультет изобразительных искусств Тегеранского университета.

Столица, вернее, творческая молодёжь её, открывает поэту много нового, и главное из этих открытий – стихи Нимы Юшиджа, прочитав которые Сохраб бросает свои классицистические опыты. В его первом сборнике романтически-созерцательных стихов «Смерть цвета» (1951) – отчётливый след Нимы. Однако в 1953 году выходит в свет книга Сепехри «Жизнь сновидений», в которой неожиданно появляется тень стихийного Хушанга Ирани, что удивительно: в те годы все иранские поэты шли по пятам Юшиджа, но встретить кого-нибудь, кто обратился бы к миропониманию и эстетике Ирани, было невозможно. Чуткий же Сохраб расслышал в «фиолетовом вопле» важное послание, идя на его зов, освободился как поэт и никогда больше в рамки не возвращался. В то же время, в своих стихах он смягчил когтистый стиль Хушанга и наполнил его характерной своей умиротворённостью. Знакомство с творчеством «Истребителя соловьёв» обусловило произошедший сдвиг в сознании Сохраба и положило начало его заинтересованности буддизмом и духовными практиками необъятного Востока.

В 1957 году Сепехри едет в Европу, много путешествует по Франции, посещает музеи, обучается на курсах литографии. Вернувшись в Тегеран, продолжает рисовать и публиковать стихи в крупных литературных журналах. Увы, критики не слишком высоко отзываются о его поэтическом даровании. Язык его стихов предельно прост, ведь именно в простоте он видит красоту. Для того, чтобы соотечественники оценили Сепехри-поэта по достоинству, ему нужно будет умереть и после смерти пару десятилетий подождать. При жизни же он и подумать не мог, что когда-нибудь будет прозван «Моуланой наших дней».

Без названия, 1960

Без названия, 1960

Первая всеиранская выставка современного искусства была проведена в 1958 году. Четыре картины Сепехри, наряду с работами других иранских живописцев, были отобраны для показа в Венеции. Спустя два года он снова выставляется на Тегеранской биеннале, где получает гран-при. Путешествия в Европу и знакомство с полотнами европейских авангардистов расширили картину мира Сепехри, но законченной её сделало, безусловно, сближение поэта с культурой, философией и литературой Японии и Китая. В Японию Сохраб отправляется при поддержке мецената Хомаюна Санатизаде для изучения основ ксилографии. Дерево не станет любимым материалом Сохраба, но годы, проведённые на Дальнем Востоке, в лоне буддизма и дзен-буддизма будут для него бесценными.

Сохраб становится адептом дао и учения о мистическом созерцании и просветлении. В его стихах и картинах легко распознаются приёмы хайку. В художественной композиции Сепехри негативному пространству отводится не менее значимая роль, чем основному объекту/объектам. Взгляд смотрящего, задерживаясь на этом пространстве, достигает покоя, и в пустотах ищет несказанное и сам чистейшим, искреннейшим образом это несказанное постигает. Те же «зияния» ощутимы и в стихах Сепехри. По пути из Японии домой Сепехри задерживается в Индии, а вернувшись, устраивает сольную выставку в галерее Аббаси и издаёт сборник стихов «Руины солнца» (1961).

Он сказал как-то: «На Дальнем Востоке художнику в ухо твердят: десять лет изучай и зарисовывай бамбук, до тех пор, пока сам не превратишься в бамбуковый стебель. Однако, когда преуспеешь в изображении желаемого, тотчас забудь, что берёшь природу за образец.» Это правило Сохраб неукоснительно соблюдал в своём творчестве. И всю жизнь искал уединения, для того, чтобы предаться размышлениям о природе и собственном внутреннем состоянии, будь то в предместьях Кашана или где-то ещё. Отсюда его знаменитое «Мы ничто, мы взгляд». Со временем общие пейзажи, с которых Сохраб начинал, сменяются этюдами пристального вглядывания художника в то или иное её чудо (здесь можно упомянуть излюбленную коллекционерами серию «Деревья» (или «Стволы деревьев»), которую Сепехри создаст в 1970–1979 годы).untitled

Без названия. Из серии «Деревья», 1970–1979

60-е годы – пора расцвета Сепехри и как художника, и как поэта. Он ездит по миру с выставками, пишет лучшие свои полотна – в них ощутимы перемены. Из кашанской пустыни произросли леса. Однако несмотря на обновлённые эстетические взгляды Сепехри, обогащённые представлениями о форме и цвете, почерпнутыми у разных народов, отголоски воспоминаний о родных местах в его картинах не замолкнут – это и свойственная кашанским традиционным домам форма крыш, и пустынная палитра от тёмно-коричневого до светлых оттенков охры, жёлтое – от земли, голубое – от неба, и положение деревьев на полотнах, напоминающее ряды сухих деревец, посаженных вдоль каналов, и голое пространство, столь привычное взору сыновей песков. Другая любопытная серия работ буддиста Сепехри посвящена взаимоотношениям между камнем и рекой, и главным объектом её выступают булыжники.

В 1976 году выходит в свет знаменитое «Восьмикнижие» Сепехри, собрание всех написанных им стихов. А в 1979 г., когда в Иране всё кипит, Сохраб узнает от врачей, что в его крови гнездится болезнь.

В апреле 1980 года она его унесёт.

Текст: Юлтан Садыкова

Несколько стихотворений Сохраба Сепехри: www.youltan.com/category/sohrab-sepehri